В песне Shore Leave («Увольнение на берег») певец расходится в конце не на шутку: войдя в образ моряка, издаёт уморительные, заунывные звуки, переходящие в пьяные слёзы — «увольнение, увольнение», с тяжёлой окраской клинического психоза. В этой вещи очень много по звуку и драматургии от того, что через десять лет спустя мы увидим в русской группе «АукцЫон».

Тексты Уэйтса — это отдельная тема. При переводе их на русский язык поражаешься слабости американского базового образования и отсутствию традиций чтения книг и, в частности, хоть какой-нибудь, мало-мальской поэзии. Если даже взять, например, отечественные рок-тексты Ильи Кормильцева (гр. «Наутилус Помпилиус»), то они покажутся высокой поэзией по сравнению с текстами нашего героя, да и вообще основной массы западных групп. Конечно, Том больше бытовой философ — он не за поэзию, он за жизнь «толкает», каждому, как известно, своё. Зато без лишнего пафоса и с использованием сленговых слов — порядок: «пурпурное сердце» (медаль, даваемая погибшим или тяжело раненым солдатам), «трюмная вода» (дешёвый алкоголь), «старый ворон» (дешёвый бурбон), «у него деревянный костюм» (гроб) и т. д. Кстати, интересны мотивы написания некоторых произведений: прочитав, что в австралийском городе Сервистоне закрыли единственный бар, впечатлённый таким событием Том написал грустную лирическую песню «Город без веселья». Словом, альбом получился удачный: местами грустный, местами бодрый.

Следом за ним вышел не менее интересный Rain Dogs (1985) с одноимённой песней «Собаки дождя», где краеугольной фразой была: «О, как мы танцевали и пили всю ночь напролёт» — это Том у нашего Цоя позаимствовал, не иначе. В альбоме действительно отведены места для танцевальных пьес: там присутствуют исковерканные и хромоного изуродованные — кладбищенская полька и танго «Пока не заболят ноги», тоже с катафалковыми ритмами, исполненные с каким-то нарочитым глумлением, полный трэш, как говорит молодёжь. Что касается стихотворной части, то метафоры здесь поинтереснее предыдущих, тексты пообразнее, символизм некий присутствует — вроде «он на красной пожарной машине охотился на Чёрного Джонни с тростью слепого», или использование идиом — «я зажёг Темзу». В композиции «Сингапур» звучит постблатняк, нечто новое. Да-а-а, время 1980-х: собаки дождя, партизаны луны, солдаты любви… такие вот образы получались. Музыка Тома стала усложняться и окончательно оформилась как альтернативное, экспериментальное направление на основе фри-джаза, блюза, иногда фолка и кабаре.

Следом вышла пластинка Franks Wild Years (1987). В этом альбоме полно хороших песен рефлексивно-алкогольного содержания («Искушение», «Больше чем дождь», «Холодная земля»); потом припадочно-беспокойный Bone Machine (1992) — не сильно впечатляющий… и, наконец, Black Rider — талантливый альбом, где переплелись разные музыкальные эпохи. Традиционное вэйтсовское звучание легло на мелодическую основу довоенной песенной традиции с невероятно авангардными аранжировками; в некоторых номерах использована русская гармоническая традиция — как правило, это самые красивые композиции альбома («Русский танец», «Только верные пули», «Перекрёсток»). Тексты тоже авангардны и выдержаны почему-то в какой-то охотничьей эстетике: к традиционному алкоголю и золоту в карманах, либо не свергнутым президентам (изображения на долларах) добавляется марихуана и героин — как со стариной Джорджем в «Перекрёстке».

Уже в 80-х Том очень много снимается как актёр кино, пишет саундтреки к фильмам, попутно записывает ещё несколько альбомов, но, к сожалению, они кажутся слабыми и вторичными на фоне перечисленного материала.

Хочется добавить, что такие индивиды, как Том Уэйтс, — экземпляры штучные, наперечёт, и ещё известно, что «пророков нет в Отечестве своём, да и в других отечествах не густо…». Там, где кристаллизуется своя самобытная культура как отражение той славной эпохи, там и появляются Том Уэйтс, Боб Дилан, Владимир Высоцкий, Жорж Брассенс и, не побоимся этого имени, Адриано Челентано — начинающие полуподпольно, против течения и становящиеся поистине народными артистами, олицетворениями песенной и актёрской культуры своих стран и отразившими то неповторимое время, в котором им пришлось жить и творить. Когда потомки интересуются в общих чертах событийным рядом 60–70-х в СССР, всплывают два имени — Гагарин и Высоцкий, они про то время в первую очередь. Проблема современного искусства как раз заключается в полном отсутствии ярких индивидуальностей и нивелировке всего и вся под какие-то дичайшие шаблоны, навязываемые псевдокультурной закулисой.

Певец Том Уэйтс, 1949 года рождения, ему 77 лет. Можно только пожелать ему крепкого здоровья и спокойной жизни в сытой и благополучной Отчизне, а ещё — искреннего восхищения его творчеством и бесценным вкладом в мировую копилку культуры.