Как и большинство групп, начинающих своё название с первой буквы русского алфавита, «Аукцыон» — замечательный коллектив, отличный от многих.

Широкая известность и популярность у разных возрастных групп избавляют группу от необходимости в дополнительном представлении, однако пару слов о ней всё же стоит сказать.

Группу называли постпанковской — и в этом была своя правда. Звучание варьировалось от динамично‑агрессивного до акустического, почти бардовского. Протестность и депрессивность присутствовали на первых порах, но были иного рода — не западного. Вокалы, напротив, всегда оставались эмоциональными и страстными — особенно у Рогожина. Этим они выгодно отличались от западных постпанковских голосов — заунывных и монотонных до крайности.

Традиционные для постпанка рваные гитарные ритмы тоже присутствовали. Однако, окрасившись нервным, подчас сумбурным драйвом, они стали бесноватым балансиром для шоумена и артиста Гаркуши. Он вдохновенно кривлялся и ломал на сцене дурака, изображая современного мнимого юродивого.

Для справки: слово «юродивый» многослойно. Высшая степень этого термина — «юродство Христа ради», оставленное нашим богоспасаемым народом ещё в конце XIX века. Всё остальное означает странное, чудаковатое поведение и, наконец, сумасшествие. Гаркуша суетился на сцене — не то в бреду, не то в крапивной лихорадке. Словом, это был театр абсурда, перфекционизм.

Однако если представить культурное пространство СССР того времени — чопорных академических исполнителей, почти по‑военному вымуштрованные фольклорные ансамбли и, наконец, участников рок‑ВИА с нелепыми химическими перманентами на голове и благородными, романтическими, комсомольскими порывами на сцене, — то выход бесноватого панк‑стиляги Гаркуши с дёрганными физкультурными телодвижениями и орденами во всю грудь равнялся революции смыслов.

Когда нарочито противным от природы голосом он вещал в публику:

«Женщина в баре задом виляет,

Девочка в школе о мире мечтает;

Мальчик как мальчик;

Я в детстве был красив, умён

И в вариациях силён…» —

публика с восторгом предавалась растлению. Встречая долгожданное тонкое глумление над серой действительностью, люди надеялись, что в социально‑культурной жизни бесконечная апатия сменится эйфорией. Это всегда цепляло неокрепшую, подвижную подростковую психику.

Совершенно неописуемо, но «Аукцыон» умудрялся выступать со своей нетрадиционной для блатного человека эстетикой в исправительно‑трудовых колониях, где психика у молодёжи была иная. Словом — эпоха…

Надо отметить, что отечественное скоморошество на Руси отличалось от европейского шутовства. Оно не выражало мнение сюзерена в отношении его круга или ситуации, а было частью смеховой народной культуры. Потребность граждан в подобной форме отдыха была насущной: нужно было снять напряжение, прорвать эмоциональную блокаду — не только алкоголем или ещё чем‑то нехорошим, но и от души посмеяться, «по приколу», как теперь говорят. «Аукцыон» с лихвой давал людям такую возможность.

Если посмотреть выступления британских постпанковских групп, настроение безнадёжно портится: серьёзные, депрессивные лица, тошнотворный, почти промышленный звук, атмосфера индустриального концлагеря, полное отсутствие самоиронии. А откуда ей взяться?

Другое дело — обстановка на концертах «Аукцыона», где «ништяк творили» совокупно всем коллективом, включая зрителей. В зарубежных гастролях группы впечатления от действ и музыки поражали даже давно привыкших к псевдораскрепощённости всего и вся западных зрителей. Наряду с «Поп‑Механикой» Сергея Курёхина «Аукцыон» воспринимался в Европе как культурная интервенция русских (в контексте: «А хорошо ли это?»).

Зачастую вся эта театрализованная расхлябанность — с гаркушинскими и весёлкинскими пируэтами и прочими безобразиями в виде мужского стриптиза — нравилась не всем. Но музыка всегда брала верх над телодвижениями:

жёсткий, динамичный ритм гитары Фёдорова;

его картавый, немного манерный голос, переходящий от завывания к выкрикам (как и полагается в постпанке);

хулиганские барабаны;

хриплые, захлёбывающиеся, сюрреалистичные партии саксофона (Н. Рубанов).

Это был сплав арт‑рока и джаза, новой волны и бог весть чего ещё, скопившегося в современной музыке, положенной на мелодическую основу советской композиторской школы.

Песенные темы Фёдорова аллюзивны и узнаваемы — «по вечному поиску и творчеству без границ». Они как‑то близки по восприятию: начинают включаться ассоциации — в каком детском кинофильме звучало что‑то похожее? Не у Рыбникова или Шаинского встречалась вот эта мелодия? И т. п.

Разумеется, это не плагиат, а скорее реминисценции — адаптирующие современное восприятие, удачная интерпретация русской советской песенной музыкальной традиции, привычной для слуха миллионов соотечественников. В ней здоровый дух советского пионерского задора, осмыслив окружающую реальность, получил другую полярность и стал самобытным музыкальным явлением, повлиявшим на последующие поколения музыкантов.

Может, именно это и послужило причиной того, что группа не стала вырождаться в очередной недоделанный Bauhaus, Talking Heads или Joy Division. Ленинградская культурность той эпохи позволяла разбирать зёрна от плевел. Музыканты не стали поборниками примитивизма английских рабочих парней с постиндустриальных окраин, где не было музыкальных школ и филармоний с картинными галереями.

Напротив, отображением агрессивно‑монотонной музыки западных коллективов были социальные явления постиндустриального западного общества. Они находили отклик в сердцах сограждан и сочувствующих за пределами стран, страдавших от деиндустриализации и превращения населения в деклассированные элементы.

«Аукцыон» находится на плаву уже 42 года — гастролирует, записывает новые альбомы. Можно написать целую статью о поэтической стороне группы, об их опытах от авангарда до «душеполезных песен». Но в свободном доступе очень много материалов, которые при желании можно изучить.

Наверное, пятёркой основополагающих отечественных андеграунд‑групп по нашей версии были бы:

«Аквариум»;

«Аукцыон»;

«Вежливый Отказ»;

«Пикник»;

«Звуки Му».

Памятуя о незримом присутствии неделимого С. Курёхина, который вне пьедестала… Лучшей нашей благодарностью за проделанную ими работу будет прослушивание их музыки — вдумчивое и глубокое. Ведь мы пока ещё их современники.

Интересное для прослушивания

1) Волны те

2) Пионер

3) Полька ( Сосёт )

4) Летел и таял

5) Жопа